Трумба
 - Скоро рассвет, пора домой, - сказал Вид, выходя из воды.
   Было темно, яркие звёзды сплошь усыпали чёрное небо и тихие тёмные воды реки, отражаясь в ней своим мерцающим светом. Еноты полоскали в воде корешки солодки и лакомились ими. И до того слабый ветерок начал утихать – первый признак приближения утра.
 - Пора, собираемся, - поддержал его Ник.
   Пики дожёвывала очередной сладкий корешок, прикрывая от удовольствия глаза и громко чавкая при этом. Доделав свои дела, они отряхнулись от воды и направились в сторону леса. Эти четверо енотов были молоды энергичны и объединены общей идеей.
  - Тин, догоняй, - крикнул Ник, задержавшемуся на берегу реки еноту.
 
   Ник жил в уютном дупле на высоте около пяти метров в стволе старого дуба, растущего на окраине леса на берегу реки Трумба, точнее в шпоре её излучины. Река в этом месте упёршись в невысокий скалистый берег, огибает лес, образуя при этом луку. Пространство суши в этой петле и называется шпорой, движение воды на этом участке реки медленное и на выходе из луки по течению есть заводи, сплошь поросшие тростником, которые давно облюбовала выпь. Эта ревностная, но по сути своей – совсем незлобивая птица, отгоняя ночами от своих владений непрошеных гостей, протяжно и низко кричит: «трумб-трумб». Именно из-за этих звуков каждую ночь доносящихся со стороны реки, окрестные жители и назвали её – Трумба.
   Трумба - река тихая полноводная с мирным покладистым характером. Лес в тех краях смешанный; в нём уживаются дуб и бук, клён и ясень, липа и вяз; встречаются сосна и берёза. Лес слегка поросший кустарником в основном средней плотности, и только местами сгущается, укрывая от солнца и пряча от посторонних глаз особенно необщительных своих обитателей. Старый дуб, в котором жил Ник, располагается чуть в стороне от основного леса и стоит рядом с большой сосной на небольшой возвышенности на берегу Трумбы, хотя еноты не очень любят запах хвои, у них даже есть предание, из которого следует, что в давние-давние времена врагов у енотов было очень много и добрый волшебник превратил самых злейших из них в иголки на деревьях и у енотов с тех пор проявляется отвращение к хвойному запаху. О доброте этого волшебника в округе давно идут споры, но времена меняются, предания если не забываются, то звучат уже не так громко и категорично.
   Ник и его друзья – еноты, классической чёрно-белой окраски с коричневатым оттенком с длинными полосатыми хвостами. Они очень привлекательны: симпатичная мордочка с острым чёрным носом, на голове маленькие стоячие округлой формы уши, на месте глаз тёмные полоски меха, идущие от носа к шее и создающие иллюзию маски. В той местности у енотов шерсть пушистая, но не длинная, как у особей, проживающих в других областях. Ведут они сумеречно-ночной образ жизни. Первое определение, которое приходит на ум после встречи с енотом взглядами – форменный плут, настолько озорные у него глаза и излучают неприкрытую хитрость, добавляет свою долю в этот образ и «маска». У них короткие лапы с длинными хорошо развитыми когтистыми пальцами, не имеющими перепонок. Ходят еноты, опираясь именно на пальцы, поэтому передвигаются они бесшумно, как бы крадучись и только когда встают на задние лапы, то опираются на всю подошву. Еноты очень подвижны, благодаря анатомическому строению своего тела они могут носиться по деревьям вниз головой. Зимой в этих краях еноты как правило ложатся в спячку, зачастую по пять – шесть особей в одном жилище, несмотря на то, что летом живут раздельно. Если зима выдалась холодная, то еноты спят крепким сном, а если тёплая или вдруг случилась оттепель, то они могут просыпаться и даже прогуляться рядом с жилищем.
   Дойдя до старой сосны, еноты разошлись по своим домам.
 - На закате - здесь же, не опаздываем! – крикнул Ник и что есть сил рванул к своему дереву и ловко на полном ходу «взлетел» в своё дупло с помощью полосатого хвоста, как балласта и острых коготков. Остальные тоже поспешили в свои жилища.
   Дупло, в котором жил Ник, образовалось после сильного урагана, прошедшегося по тем краям уже довольно давно. Буря с корнем вырвала подсохшую ветку дуба, на месте которой и образовалось дупло, вначале оно было не таким просторным, как сейчас. С тех пор сменилось много жильцов, первыми там поселились пчёлы, но ненадолго, им не понравилась доступность входа в их жилище, - они любят держать свою жизнь в тайне. Летит пчела и вдруг куда-то исчезла, а это она юркнула в свой запрятанный от чужих глаз вход в свой домик. Как делают мёд пчёлы, они никому не рассказывают – это тайна, понятно, что никто из обитателей леса не приспособлен природой делать мёд и пчёлы это прекрасно понимают, но нет – они считают себя в высшей мере самыми загадочными обитателями леса и окружают свою жизнь плотной завесой тайны. Затем в дупле жили в разные времена белки и лесные коты, хорьки и куницы. Долгое время жила сова, а перед ней там отдыхал от праведных трудов дятел, который много привнёс в благоустройство этого жилища: он обтесал все грубые острые углы в дупле и заметно расширил его. И вот уже десять долгих лет и зим здесь живут еноты, благодаря острым коготкам, им не составляет труда забираться в это высокое дупло, в котором родился наш герой около трёх лет назад. Прятать вход в дупло енотам нет необходимости – они всегда открыты и дружелюбны, а при удобном случае любят даже покрасоваться.
   Ночь приближалась к концу, Ник уже сидел в дупле и с высоты осматривал всё вокруг, готовый наслаждаться предрассветной тишиной, можно было увидеть только его глаза и кончик носа, немного выдававшийся за пределы жилища. На небе ещё были видны крупные звёзды и Болу вдруг показалось, что чем больше он взрослеет, тем всё ближе и ближе становятся звёзды, и что когда-нибудь он к ним прикоснётся. Стихали шорохи, допела последний куплет ночной песни и юркнула в своё гнездо зарянка, живущая под давно упавшим и уже покрывающимся мхом буком. Она перед каждым рассветом пела свою очаровательную песню, и только серьёзная непогода могла этому помешать, что случалось не часто. Как бы извиняясь, но в то же время неторопливо, тихо прошелестела крыльями запоздавшая сова, где-то рядом приземляясь похлопал крыльями ночной мотылёк, прошуршал полоз, наконец зарыла на день вход в свою норку лесная мышь с большими ушами, пронеслось последнее перед рассветом лёгкое дуновение ветерка и всё стихло.
   Рассвет – это начало нового дня, новый период жизни, точка отсчёта. Все хорошие дела, претендующие на великие, начинаются именно с рассвета. Продолжительность предрассветной тишины каждый день разнится и зависит прежде всего от погоды; если выдалось теплое безветренное безоблачное утро, когда небо от чёрного, проходя все оттенки серого, начинает медленно голубеть и вокруг просыпаются все краски, проявляясь по мере усиления света немыслимыми сказочными тонами, то такое утро раскрывается в тишине, как правило долго – мало, кто посмеет вмешиваться в такую идиллию. Надул щёки, набрав воздуха ветерок, не торопясь нарушать это торжество утра, а все обитатели леса затаились на своих местах держа на изготовке свои музыкальные инструменты и вытянув шеи, чтобы привести в готовность свои голосовые связки. И весь этот оркестр в ожидании, затаив дыхание - ждёт. И вдруг кто-то не выдерживает, может ветерок нечаянно выдохнет после долгого ожидания, может ещё вялый непроснувшийся до конца кузнечик нечаянно заденет смычком струну своей скрипки, а может та же зарянка дерзнёт первой подать голос на правах примы, и … начинается вначале неторопливая перекличка лесных музыкантов, потом стройная мелодия, а когда первые лучи солнца озарят лес, начинается настоящая какофония.
   Ник очень любил зоревать и старался не пропускать без внимания это время суток, которое навевало на него много дум. Ник, как он считал, был не таким, как все – он любил одиночество, и старался чаще оставаться наедине с природой, когда можно поговорить с самим собой о серьёзных для него вещах. То, что в нём живёт кто-то ещё, тот, кто имеет серьёзное влияние на него и совещательный голос при принятии им решений – он не сомневался. Ник был уже взрослым енотом: он вырос под присмотром своей заботливой матери и через два года возмужав, покинул материнский дом. Следующим летом он стал отцом и, как это принято у енотов, оставив потомство на воспитание матери ушел в отшельники. Он, как сегодня, иногда ночевал в доме, где он родился – очень нравилось ему это уютное дупло в старом дубе. Всё здесь было до мелочей знакомо и близко, став взрослым, Ник отдалился от матери, но то, что она его родила и вырастила, согревая своим теплом, отдала при этом ему часть себя, глубоко сидело в его сознании. В таком возрасте Ник уже не нуждался ни в чьих советах и если кто-то пытался тем или иным способом навязать ему своё мнение, то он зачастую поступал наперекор, а если он спрашивал у кого-то совета, то это значит, что он искал поддержки или хотел сравнить своё мнение с другим. Ему всегда казалось, что всё вокруг чужое и здесь он, в этом мире, временно, что его настоящий дом где-то далеко, что он идёт к нему и никак не мог понять почему он здесь так долго задержался. Его всегда тянуло в дорогу, в путь, сидеть на месте он мог. Он часто с друзьями ходил в походы; и они вместе мечтали о высоких горах и заоблачных далях.
 - Ник, иди ложись или ты опять будешь спать у входа.
 - Здесь буду, мам, - ответил енот и глядя, как меняется лес на рассвете, погрузился в свои думы.
   Как и все еноты, ночью Ник бодрствовал, а днём спал и готовился к ночным делам. Сейчас он, наслаждаясь предрассветной тишиной, думал о людях. Ник с детства интересовался человеком; когда он был ещё маленьким, он очень любил слушать рассказы старого пса, который раньше жил с человеком. Этого общительного добряка, питавшегося исключительно растительной пищей звали Бол. Он, когда-то давно ещё будучи щенком ночью незамеченным по неосторожности свалился с корабля в воду где-то в верховьях реки. В то время он был уже взрослым щенком, так что память его хранит много сведений о человеке. Упав с корабля, а может и лодки, казавшейся ему по малолетству кораблём, Бол доплыл до берега. Подождав сутки и поняв, что за ним не вернутся, он пошёл вдоль сильно петляющей реки в надежде найти людей. Отойти далеко от русла реки он не решался и пройдя путь от середины лета до поздней осени оказался в речной петле. Поняв, что река здесь круто поворачивает назад, уставший и теряющий надежду найти людей, Бол принял это за знак судьбы и остался здесь навсегда, тем более местные жители встретили его хорошо и как неприспособленному жить в лесу, выделили заброшенную барсучью нору – её хозяева годом ранее перебрались в новое жилище. Сами барсуки, не увидев в Боле никакой опасности, хотя он чем-то и напоминал волка, расширили для него лаз в нору и заделали дополнительные выходы, которые оказались ему не нужными. Барсуки были крайне удивлены, когда Бол попросил их закопать запасные выходы, в округе разгорелась жаркая полемика по этому поводу. Но все доводы новым хозяином норы отметались: «я не собираюсь ни от кого убегать и прятаться, и заходить в свой дом я буду с парадного входа». Вот так.
   Надо заметить, что всё, что происходит в лесу - происходит на «глазах, ушах и носах» всех жителей округи, новости передаются, как рябь по воде. И когда где-то с кем-то происходит какая-нибудь оказия, то это тут же становится не только достоянием всех, но и предметом всеобщего обсуждения. Причём в обсуждении нет осуждения и если случившаяся оказия создала неприятную ситуацию, то и «всем миром» искали из неё выход.
   Вскоре Бол стал всеобщим любимцем, в первую очередь, как это не странно звучит, благодаря своим наивности и непосредственности. Жизнь в лесу полна угроз и опасностей, поэтому там быстро набираешься жизненного опыта и теряешь доверие к окружающему миру, и эти качества – наивность и непосредственность - там ценятся, им удивляются, ими восхищаются, как лучику солнца в тёмном дремучем лесу.  Он был готов всегда всем прийти на помощь, нисколько не думая о себе. Однажды в преддверии холодной и голодной зимы в их края забрела небольшая стая волков, учуяв барсуков, они принялись поочерёдно раскапывать их нору и тут откуда не возьмись на них набросился какой-то непонятный зверь, причём очень похожий на них самих. Бол - пёс непородистый среднего собачьего роста, коренастый. То ли обескураженные такой дерзостью, то ли увидев в Боле какую-то угрожающую им неведомую силу, волки отступили и убрались восвояси. С тех пор они обходят стороной это место. Правда, через некоторое время приходил волчий посланец и Бол уходил с ним на несколько дней, все, кто знал его переживали тогда, но потом он вернулся и всё продолжалось по-прежнему. Где был и что делал тогда, он никому не рассказал.
   Бола уважали в округе и с удовольствием слушали его рассказы. По его интонации, с какой он говорил, было понятно, что он живёт тёплыми воспоминаниями о человеке. Каждый вечер кто-нибудь, да приходил к нему с расспросами, и он терпеливо, словно выполняя свой священный долг, повествовал о человеке, которого никто из живущих в округе не видел, а многие и слышали о нём впервые. Бол не знал зла, и все понимали, что это добродушие он унаследовал от человека, которого они познают через Бола. Жизнь в лесу, где необходимо ежесекундно быть бдительным и предельно осторожным, где выживает сильнейший, заставляет ценить доброту и заботу о ближнем. А ещё Бол говорил, что сила не в физическом превосходстве, а в смекалке и в умении жить в обществе и уступать друг другу, быть изобретательным и мудрым, как человек. Он сам отказался от животной пищи и призывал к этому остальных. «Посмотрите, сколько нас, а сколько хищников, снующих по лесу, их всё меньше и меньше - они вымирают», - говорил Бол.
   Ник часто приходил к Болу, и они подолгу беседовали. Порой собиралось много лесного народу и Бол рассказывал невероятные истории про то, что человек заботится обо всех и может вылечить от любых напастей, а ещё он утверждал, что человек живёт в дворцах до неба, умеет летать и плавать по воде и под водой, и что рука у человека похожа на его, Ника, лапу. Что человек выращивает особое зерно, из которого он делает хлеб – очень вкусный и питательный, благодаря которому можно легко пережить голодный год, да даже не один, а однажды у него, Бола, сильно заболел живот и человек вылечил его дав ему каких-то лекарств. Бол также рассказал, что некоторые люди становятся бессмертными и вообще человек может всё – он летает к звёздам и управляет этим миром и может помочь всем, конечно, кто рядом с ним. Слушая рассказы, все проникались к человеку каким-то трепетным чувством восхищения и поклонения.
  Но находились и те, кто не верил Болу, основываясь на том, что человека никто не знает и даже в глаза не видел, и не исключено, что его вообще не существует, особенно в этом усердствовали белки. Нет, они конечно уважают, Бола, но опираться на доводы и умозаключения лишь его одного – они не намерены, мало ли что кому может прийти в голову. А насчёт того, кто управляет этим миром, белки рассказали такую историю: однажды на берег течением вынесло несколько кедровых шишек, и их предки закопали эти орешки за речкой в плодородной земле и сейчас там зарождается кедровый лес – появились пять маленьких деревьев, за которыми ухаживают все белки. Кедры ещё маленькие, но их потомки будут питаться орехами и жить в беличьем царстве, вот так, а вы говорите человек!
   Как-то ранней весной сюда, в речную петлю, приземлился отставший от стаи скворец – в дороге он повредил крыло. Скворец был уже немолодой и много повидал в этой жизни. Птицы общаются только между собой, конечно можно объяснить такое надменное отношение к остальному миру, но этот скворец охотно общался с жителями речной петли, тем более после радушной встречи и необходимым уходом за ним. Пробыл скворец всего несколько дней и прежде чем броситься вдогонку своей стае, успел встретится с Болом и послушать его мнение о человеке. Так вот, скворец относился к заслугам человека сдержанно и говорил, что у него просто развиты кисти рук, в частности пальцы и поэтому он способен выполнять тонкую работу, благодаря которой может не только изобретать, но и воплощать свои идеи в реальность и создавать свой собственный мир. Вот и всё чем превосходит человек остальных в этом мире, ничего собственно особенного, но весьма весомо. «Вы бы знали сколько у нас задумок, но … это всё останется мечтами – такова несправедливость этого мира, но надо жить», - сказал скворец. И добавил, что он - человек, из-за этого считает себя умнее всех, но это далеко не так. Также рассказал, что птицы с недоверием и завистью относятся к человеку, они издревле считали своё умение летать – превосходством над остальными жителями земли и когда-то давно относили людей к самым недалёким существам, не способными даже ориентироваться в пространстве и смеялись над их представлением о мире. Но признал, что сейчас человек развил свои способности, как никогда силён и переделывает землю на свой лад.
   Однажды в лесу выдался голодный год – холодная зима сменилась засушливым летом. Грибы, зерно, травы и коренья, на которые всегда рассчитывают жители леса не уродились в достаточном объёме. Пропитания не хватало. Орехов и ягод не было, все друг друга сторонились и никому не доверяли, а Бол рассказывал, что человеку нипочём голодные времена, что он умеет сам выращивать всё, что захочет и может очень долго сохранять свои урожаи и делает запасы на много-много лет вперёд. В тот год умерло много обитателей леса и Ник с друзьями решили, что спасти их может только человек. Во что бы это ни стало, они решили найти человека и просить его, чтобы он научил их выращивать зерно и орехи, травы и коренья, хранить продукты и помог осуществить их заветный план. Это был план реконструкции речной петли и прилегающей местности, который должен быть осуществлён силами всех жителей леса: бобров, медведей, барсуков и всех остальных, кто чем мог помочь. Главное, что они хотели сделать – это большие кладовые, в которых все могли долго сохранять свои запасы и большой настил на деревьях, на котором жители могли любоваться открывающимся видом и спасаться от опасностей: набегов волков, наводнений и прочих напастей. Этот план еноты назвали «Восхождение», имея ввиду прежде всего сплочение и объединение жителей речной петли и окрестных земель, заботе друг о друге, повышении уровня жизни.
   И вот сейчас еноты отдыхали, чтобы с закатом солнца отправиться в путь. Два дня назад Ник и трое его друзей объявили всем живущим в округе, что они идут искать человека от имени всех жителей их земли и, получив всеобщую поддержку, кроме черепах, еноты собрались в поход. А вчера, перед закатом на центральной поляне около столетней сосны собрались жители.
 - Каждый должен думать о продолжении рода, а не об устройстве личной жизни, - сказала черепаха хриплым голосом, - каждый из вас может позаботится о преумножении потомства, вместо того, чтобы отправляться в сомнительный поход, и зачем просить помощи у того, которого и в глаза никто не видел.
 - Как никто не видел? – почти хором возразили еноты, - а Бол?
 - Я ничего против Бола не имею, - хороший малый, он мне нравится, но он живёт в своём мире, витает где-то в облаках, не думает о потомстве, ему даже еду бобры таскают. Он не от мира сего, таких жалеть надо, а не принимать их слова за правду и тем более, как руководство к действию!
 - Моё наследие – это ваши знания о человеке, - тихо сказал Бол, - мне предначертано поведать вам о свободе и направить на путь истинный, путь этот труден и опасен и ведёт он к человеку. Там наше спасение.
 - Братья и сёстры, - воскликнул Ник, - этот год выдался крайне трудным, многие из нас умерли голодной смертью. Матери места не находили, теряя своих детей, а дети прозябали без материнской заботы. Многие из нас переступали все границы нравственности, посягая на жизнь своих ослабленных голодом соседей. Так не должно быть! Это знак нам: что мы не имеем право сидеть сложа лапы и ждать с реки погоды. Надо что-то менять. … Мы назвали наш поход: «Восхождение», восхождение к нашей мечте. Кто хочет заявить свою кандидатуру на участие в этой миссии, Бол пойдёшь с нами?
 - Нет, ребята, старый я уже стал, болезни одолевают, ноги не ходят, я вам рассказал какие вас могут ждать трудности, мысленно я с буду с вами, - сказал Бол, - мы все вас будем переживать за вас и ждать.
 - А как они с человеком общаться будут? – спросил бурундук, - на разных языках же говорят.
 - Они разумеют друг друга, даже если еноты не поймут человека, то он уж точно догадается, что они от него хотят, - ответил Бол.
      Когда на общем собрании обсуждали кандидатуры для похода на встречу с человеком, самыми активными были еноты. Инициатива этого похода исходила от Ника, продумывал детали в основном Вид, мотивировали жителей на поддержку этого проекта Тин и Пики. В кандидатах на участие были также хорёк и барсук, но для них было явно в тягость покидать свои жилища, и они остались в роли поддерживающих движение. Птицы сразу отказались не только от участия, но даже от обсуждения встречи с человеком, таинственно объяснив это «своими счётами». Другие обитатели были или по своим качествам не подходящими кандидатурами – в основном это медленная скорость передвижения или не совсем правильно понимали цели и задачи этой миссии. Многие хотели, просто не входя в контакт перенять у человека его технологии, а идеей енотов было именно подружится с человеком, чтобы он научил их всему, что умеет сам. Многие обитатели леса были рады поддержать экспедицию, лишь бы их самих не трогали, другие искренне интересовались этой идеей, но по своим параметрам и физическим данным не подходили к участию в длительном переходе.
   Только солнце коснулось горизонта и изнемогающий от нетерпения отряд из четырёх енотов выступил в поход. У енотов не принято назначать или выбирать кого-то старшим, они вообще не признают над собой начальствующих, поэтому в походе все были равны. Но в любой компании, будь то еноты или, скажем, лягушки, роли всё равно спонтанно распределяются соответственно способностям и особенностям характеров её участников. Заводилой был Ник, его всегда тянуло к чему-то неизведанному, к тому же он был неплохим организатором и обладал умением убеждать. Добавим сюда его стойкость к неблагоприятным внешним обстоятельствам и умение завершать начатые дела, - не удивительно, что он пользовался наибольшим авторитетом в компании.
   Вторым участником «Восхождения» стал Вид, он был братом Ника: крупный с хорошим густым мехом на длинных, по меркам енотов, крепких лапах, традиционного окраса, немного темнее в сторону коричневого цвета. Росли они вместе и по всей видимости романтические взгляды на жизнь передались от одного к другому. Вид - несколько неуклюжий и медлительный, но очень рассудительный енот с быстрой смекалкой. Его невесть откуда берущейся мудрости в принятии тех или иных вопросов, поражались все в лесу. Когда случился неурожай, а бывало это нечасто, но всё же с упрямым постоянством всё же повторялось, то продукты питания при подготовке к зиме собирались всеми вместе «в одну кучу» и делились поровну. Конечно разные виды обитателей леса собирали продукты отдельно, потому что едят разное, но если их пищевой рацион пересекался, то собирали этот продукт вместе, и делили поровну. На общем собрании высчитали пищевой минимум отдельно взятой особи для каждого вида и перво-наперво обеспечивался этот минимум, а всё что было сверх этой нормы, то делилось поровну между претендующими на этот продукт жителями. А если не хватало продуктов, чтобы обеспечить каждого прожиточным минимумом, то тогда объявлялся голодный год и каждый обеспечивал сам себя как мог. Надо заметить, что даже в самые голодные годы, все старались помогать друг другу. В прошлом году после очередного неурожая в лесу, когда все продукты делились поровну, Вид высказал свою версию распределения продуктов. Раньше в неурожай внутри каждого вида продукты делились с учётом объёма и веса каждого обитателя сообразно его потребностям, а Вид предложил не учитывать эти показатели. Основывался он в своих доводах на том, что каждый живой организм состоит из двух частей: собственно тела и разума. Тело приспособлено к перемене питания, вплоть до впадения в спячку, когда оно питается за счёт своих внутренних резервов, причём резервы эти очень широки. А разум - штука очень деликатная, легкоранимая и осознание того, что кому-то досталось больше, особенно в неурожай, когда обострённое самолюбие особенно болезненно на фоне выживания, может привести к тяжёлым депрессиям, а итогом могут стать массовые неподконтрольные бунты, погромы и мародёрство. И ведь лесной совет принял его поправки к действию.
   Третьим участником похода была Пики, несмотря на то что она девочка, она стала полноправным участником похода. Пики поменьше в размерах, но шерстка у неё длиннее. Окрас у Пики темнее чем у остальных участников похода и «маска» на мордочке почти чёрная и поэтому глаз не видно - они сливаются, можно заметить только их блеск. Она заслужила уважение обитателей петли своим бесстрашием. Пики очень эмоциональна и часто произносит возвышенные категоричные речи и, что заслуживает уважения, подкрепляет их своими действиями. Она смело, порой бездумно переходит к активным действиям, то есть попросту бросается в драку, если кто-нибудь имеет неосторожность ей возразить в недопустимой для неё форме. Зная её характер, с ней никто не хотел связываться, но надо отдать ей должное: её убеждения имели не только здравый смысл, но и твёрдые доводы. Она имела огромную популярность, но принадлежность к женскому полу, надо быть честным, мешала ей стать лидером среди лесных жителей. Ещё она удивительно вынослива и трудолюбива.
   И последним участником экспедиции стал енот, которого звали Тин – очень общительный и любознательный. Он всегда во всех вопросах хотел досконально сам разобраться, и если он чего-то недопонимал, то доставал вопросами окружающих и при этом всегда рассуждал вслух. Зачастую терпение окружающих заканчивалось, у кого-то быстро, у кого-то не очень, а сам Тин всегда был спокоен.
   Перебравшись через Трумбу вплавь, под утробные приветственные выкрики выпи они отправились в путь. Когда они шли по чужим лесным территориям, им постоянно приходилось объяснять куда и зачем они идут. Некоторые не понимали: зачем им это нужно, некоторые просто не верили в существование человека, а некоторые даже изъявляли желание пойти с ними, но дальше слов дело не шло. Отдыхали они где придётся; иногда им предоставляли свои запасные жилища лесные жители, иногда сами находили какой-нибудь закуток, а иногда, правда было это один раз, и не отдыхали вовсе. Автомагистрали, которые им часто пришлось пересекать стали для них сущим кошмаром. Лишь Тин приноровился соразмерять скорость движения автомобилей и свою собственную и все дороги перебегали только по его команде. Именно на автомагистрали они первый раз увидели человека, но помня наставления Бола, в контакт на дороге с ним не пытались даже вступить.
   Однажды они шли вдоль дороги, памятуя, что все дороги ведут в города, где живут люди, и наткнулись на ночную стоянку автомобилей. Они сели в сторонке и восхищались видом автомобилей, на которых ездили люди, и особенно огромных длинных автопоездов.
   Наконец на двенадцатую ночь пути путники вышли на пригорок с которого открывался вид на дома человека. По рассказам Бола они имели представление о местах, где живёт человек. Зная, что люди в темноте не видят, они, дождавшись рассвета подходили к ферме стоящей на окраине села.
                                                                       ***
 - Ди-ма, - визгливо крикнула полноватая женщина с короткой стрижкой в цветастом сарафане, направляя с помощью ладони издаваемые звуки в открытые окна двухэтажного домика, - там у сарая под вишней еноты.
   Она застыла метрах в семи от упомянутого дерева, с опаской поглядывая на зверьков и повернув голову в сторону дома, и через некоторое время повторила:
 - Дима, быстрее можно.
  
 - Какие еноты? – из окна раздался сонный голос.
 - Какие, какие – живые, иди уже сделай что-нибудь, сидят глазёнками своими зыркают, как будто что-то понимают. А вдруг они бешенные и сейчас на меня нападут и укусят?
   Через некоторое время, когда женщина поняла, что Дима и не собирается выходить, она ещё раз крикнула:
 - Ты где там?
 - Что не убежали ещё? – уже бодрей отозвался Дима.
 - Они из-под вишни вышли и на дорожке сидят на меня смотрят, иди скорей, я боюсь.
   Через две минуты дверь открылась и появился успевший натянуть на себя трико Дима с ружьём в руках. Подойдя ближе, он принялся рассматривать енотов, держа ружьё наперевес.
 - Какие-то они дружелюбные: не шипят, не убегают, может голодные, - сказал мужчина.
 - Они пришли за нашими курами, посмотри на их хитрющие морды, … хотя миленькие.
 - Может они больные? – высказал предположение Дима.
 - Если бы были бешенные, то они бы страха не знали и нападали на нас.
 - Да они больные на голову, - издал подобие смеха Дима, - давай их на животноводческую ферму сдадим, дай им что-нибудь поесть, а я сеть принесу.
 - Там же их на шкурки пустят, жалко, смотри, они улыбаются. …
                                                                          ***
 - Человек не сделает нам больно, – сказал Ник, -  нужно довериться ему.
 - Он добрый, - уговаривала скорее саму себя Пики.
   Еноты сидели на дорожке и смотрели на людей, инстинктивный страх и неестественная, какая-то заоблачная вера противостояли в них. Дальнейшее произошло стремительно, еноты даже не поняли, что же произошло. Они сидели на дорожке все вместе и вдруг сверху упала какая-то невидимая материя. Затем их бесцеремонно вместе с сетью засунули в ящик сильно сдавив при этом. Потом долго везли в машине. Когда уже к вечеру их привезли на ферму, Тин и Вид начали терять терпение и стали огрызаться на действия людей. В ответ им всем поставили уколы, которые частично обездвижили их и усыпили, затем поместили в тесные одиночные клетки.
   Когда Ник проснулся уже всходила луна, тело болело, после укола онемела лапа. Ему хотелось бушевать и безумствовать, в нём проснулся гнев, не злость, когда надо кому-нибудь что-то доказать, а именно неподконтрольный гнев, в порыве которого и совершаются самые страшные и нелепые поступки. Он ощущал и понимал своё бессилие, вскоре гнев прошёл. Ник был опустошён, те надежды, которые он нёс в сердце всю дорогу - превратились в прах. Вы ошибаетесь, если думаете, что еноты не умеют плакать, Ник и сам не думал, что нанесённая обида может заставить лить слёзы того, кто даже от нестерпимой боли никогда не плакал.  Причём слёзы от обиды горьки и их очень трудно остановить, они льются и льются, пока не закончатся.
   Была уже середина лета, когда Ника привезли в парк и открыли клетку, он ни секунды не раздумывая вылетел из неё и стремглав помчался прочь, но вскоре упёрся в ограждение. Чтобы понять, что большая территория огорожена ему потребовалось два дня. Смирившись, но всё же лелея какую-то надежду, Ник подобрал себе уже готовое и выстланное чем-то мягким жилище около озера. Оно представляло собой небольшой деревянный домик, наполовину закопанный в землю. Озеро было живописным, но эта красота никак не трогала Ника. Три раза в день люди накладывали еду в кормушки, стоящие в отведённых местах парка.
   Однажды Ник встретил Тина. Его выпустили в парк раньше Ника и он обосновался в другой части парка. Он рассказал ему, что Пики сидит в клетке на центральной аллее, а где Вид никто в округе не знает.
 - Прости меня, - сказал Ник.
 - За что? – с непонятным безразличием спросил Тин.
 - За этот поход, я не мог даже предполагать, что всё так закончится.  
         
 - Но мы же хотели, чтобы нам помогли, чтобы о нас заботились. Нас кормят, нам построили домики, ты бы знал, какая мягкая подстилка у меня в норе. Кормят вдоволь, не об этом ли мы мечтали, Ник?
   Ночью Ник лежал, думал о словах Тина и отрешённо смотрел на звёзды, которые стали вдруг удивительно далеки.
 
                                                                                                        Январь 2019

© 2017. Сайт создан на Wix.com

  • Black Vkontakte Icon
  • Black Twitter Icon
  • Black Facebook Icon
  • Black Instagram Icon